Интервью с Max Gohn \’Generation FreeFly\’.

Max Gohn – старший инструктор школы Generation FreeFly, которая расположена в Ranch Parachute Club. У Max более 5500 прыжков, за 7 лет в спорте. В этом году он будет выбираться на пост национального директора USPA.Dropzone.com спрашивает его – откуда он пришел, и куда он движется…

Если ты не возражаешь, можешь ли ты указать свое количество прыжков, снаряжение, с которым ты прыгаешь.

У меня более 5500 прыжков. Первый прыжок я сделал в 1995 году (тандем), проходить АФФ начал в 1996. Я прыгаю с Mirage G4, Microraven 135 и Safire2 – 101. Я напрыгал порядка 1000 прыжков, постепенно пересаживаяcь с Robo Z 205 (около 300 прыжков), до Sabre 135. Потом я взял 108 Safire, и продолжаю более 4000 прыжков прыгать на Safire, меняя только чуть-чуть размер.

Расскажите, что такое Generation FreeFly, что вы там делаете.

Generation FreeFly – это школа FreeFly. Мы стараемся научить студентов “летать”, а не падать, и не забывать при этом о безопасности. За четыре года, мы подготовили сотни студентов, как у себя дома, так и на дропзонах по всему миру.

Что вам больше всего нравится в работе со студентами.

Больше всего мне нравится наблюдать, как они повышают свой уровень. Freefly (как и парашютизм в целом) – непростая вещь для обучения. Очень приятно помогать людям в их обучении. Очень приятно также знакомится с людьми по всему миру.

Что бы вы рекомендовали начинающемуfreefly-еру?

Помнить, что научится можно только потратив определенное время на это. В каждом прыжке мы имеем определенное количество секунд, мы прыгаем определенное количество прыжков в день. Старайтесь изучать что-то в каждом прыжке, и использовать его в следующих.

Учитывая растущее количество происшествий с неопытными freefly-ерами, что вы думаете о системе лицензирования для них?

Мы должны постоянно думать о безопасности спорта, и прилагать к этому максимальные усилия. Это – самая важная вещь. Идея с лицензированием неплоха. Это даст людям более четкое представление о том, к чему стремится и к чему привязываться. Пока мы не определили, как это все будет выглядеть – это родится в общении парашютистов и USPA.

Что бы вы хотели, чтобы парашютисты делали для повышения безопасности?

Я бы хотел видеть, что все стремятся повысить безопасность спорта любыми возможными способами. Программы вроде “Дней безопасности USPA” - отличная идея.

Если бы вы могли изменить одну вещь в спорте, что бы вы изменили?

Я бы изменил количество происшествий на 0.

Какое место занимают соревнования в спорте?

Соревнования очень важны. Это позволяет развивать спорт. Соревнования позволяют нам двигать наши пределы, раздвигая ограничения.

Какие бы вы хотели видеть изменения в порядке соревнований?

На мой взгляд – главное что нужно – это общение между судьями, официальными лицами, и спортсменами.

Как часто вы прыгаете “пузофлай”?

Когда я прыгаю, я стремлюсь использовать все поверхности моего тела для работы – включая падения на животе. Во многих моих прыжках – со студентами или без, я использую падение на животе. В общем – я стремлюсь использовать все виды – на животе, на спине, головой вниз, сит, трэк.

Как вы думаете, чем вы будете заниматься через 10 лет?

Моя мечта – развиваться как парашютист и как человек.

Кроме парашютного спорта – что еще важно для вас?

Это простой вопрос – это моя семья.

Кроме парашютизма – какое ваше самое крупное достижение в жизни?

Это завершение Colgate University в 1998, по специальности “социология”.

Max выставили кандидатурой на пост национального директора USPA.

“Я думаю, что очень важно, чтобы молодые члены нашей Ассоциации были заинтересованы в работе этой организации”. Если мы хотим иметь сильную организацию, мы все должны прилагать к этому усилия.